Контркультура

В начале 70-х годов эти авторы предсказали «движения к консерватизму», пред­ставляющих собой охранительную реакцию на контркультуру в форме возрождения «традиционных» буржуазных ценностей. Этот тезис получает дальнейшее развитие в последующих рабо­тах Г. Кана в рамках исследований Гудзоновского института: в контркультуре он видит проявление «эрозии» основных социаль­ных авторитетов — религии, законности, лояльности, «пуритан­ской этики» и т. д., […]

При всей программной и достаточно монолитной ориенти­рованности на реальные вопло­щения контркультуры всегда отмечены многозначностью, ам­бивалентностью. Они отражают не только дилеммы идеологов, но и сложность и противоречивость самого протеста. Сквозные закономерности, связывающие социальные движения, теории культурологов и творческую практику, очевидно выявляются в исходном делении контркультуры на два крыла: леворадикаль­ное, проповедующее необходимость активных действий (в са­мых различных

Причем в качестве главной цели как, так и самого художественного творчества выдвигается задача со­циализации индивида, но не путем самораскрытия его личного нравственного и эстетического потенциала, а посредством «вчувствования» в некую моральную «истину». Решение всех социальных проблем видится консерватору в морально-религиозной «реконструкции» человеческого духа — в том числе и средствами искусства, главной социальной функ­цией которого, таким

В статье Т. Розак призывает заме­нить методологию научного исследования «новой наукой, кото­рая будет относиться к объекту познания, как поэт относится к своей возлюбленной — созерцать, а не анализировать, восхи­щаться, а не выпытывать тайны». «Мистическая экология» при­обретает для Т. Розака значимость не только новой эстетики, но и новой веры, новой религии. «Религиозное обновление», начало которому, как

Оно  во многом объясняется социокуль­турным контекстом, создающим ощущение «всемогущества» буржуазной идеологии, ибо «система» обладает главным козы­рем — господствующим положением в капиталистическом об­ществе. А контркультура, хотя и антиимпериалистическая по своей направленности, но лишь косвенно связанная с подлинно революционными силами, с борьбой рабочего класса, в лучшем случае может претендовать только на периферийное существо­вание. Сама ограниченность сферы действия

«Новые» консерваторы не останавливаются перед огрубле­нием и даже вульгаризацией указанных проблем. Чтобы убедиться в этом, достаточ­но обратиться (помимо концепции Д. Белла) к материалам «круглого стола», проведенного консервативным литературно­критическим и общественно-политическим журналом «Ком — ментари» и озаглавленного «Культура и текущий момент». От­крывая дискуссию, главный редактор журнала Норман Подго- рец с очевидным сожалением отмечает, что эпоха, когда

Показательно и то, что в сознании консерватора нередко воспри­нимаются как «ложный Мессия», способный лишь зародить в человеке опасный моральный релятивизм и скептицизм, кото­рому и противопоставляется религиозное и художественно-эсте­тическое восприятие мира и общества. Наконец, нужно сказать, что социальным идеалом консерва­тизма является «порядок», «классовый мир», «социальная гар­мония». О житейско-практическом фундаменте такого рода представлений можно сказать словами К.

«Духовная револю­ция— немедленно!» и «Революция — через Иисуса!». Говоря о «революции», представители молодежного религиозного движе­ния имеют в виду переворот во внутреннем мире личности, по­лагая, что «ошибкой» всех исторических революций было вы­ступление против правительств, тогда как зло следует искать в человеке как таковом и бороться не с загрязнением среды, а с «загрязнением человеческих душ». По их

Она весьма созвучная принципам «жи­вописи действия» (коль скоро она переносила акцент с самого произведения на процесс его создания), на практике парадок­сально приобщилась к поп-арту, выступившему против изоля­ционизма, характерного для влиятельных направлений буржу­азной эстетики (в частности, для такого видного ее представи­теля, как Герберт Рид) и художественной деятельности (в осо­бенности абстрактного экспрессионизма). Представители движе­ния протеста не без

В плане морали из следовала мысль о том, что большинство людей вполне разумно и что индивидуальное суждение может служить основой социально значимой этиче­ской оценки. Наконец, предполагалось, что искусство призвано воспевать указанный индивидуалистический образ личности и превозносить ее добродетели, характерным примером чему мо­жет служить творчество Дэниела Дефо, Джонатана Свифта, Генри Филдинга, Тобайаса Смоллетта и вообще искусство