Иначе говоря, Коста пытался «объяснить историей» настоящее и предвидеть будущее. Это свое стремление поэт сам хорошо сформулировал: позднее, говоря, что его взор «В минувшем с любовью блуждал И впивался в грядущее жадно» В творчестве поэта осмысление прошлого и изображение современной действительности все время сопутствовали друг другу, были пронизаны его несокрушимой верой в будущность народа, его […]
Когда критерием оценки становится образ любимой Родины-Осетии, святой для него идеал, то он бывает особенно резок и беспощаден. Показательным в этом отношении является стихотворение-диалог «Больной и навещающий». Навестивший упрекает больного в малодушии, призывает быть твердым, не страшиться смерти. Хоть немного приободрись, Чтобы не покинула душа. Лишний страх в беде не поможет, — И для смерти
Критерием оценки Читать далее »
Ялгузидзе с 23 лет уже мы видим учителем, в дальнейшем — чиновником по разбору дел своих соотечественников, приобщаемых к российскому государственному организму. В самом начале XIX века он становится по долгу своей службы очевидцем непримиримой вражды крестьянства и помещиков. И каждый раз он безоговорочно свидетельствует русским властям, что в этой вражде повинны князья и помещики,
В этом он видит миссию интеллигентных осетин». «Мы ближе стоим к народу, нас ближе касаются его горе и радость, мы только и можем дать более или менее правильное освещение современной жизни земляков, добиваясь вызвать участие к ним». Правдивое освещение современной жизни народа, участие к нему — таковы глубоко демократичные черты писательской позиции Канукова, которые свойственны
В этом он видит миссию Читать далее »
Осетины надеялись, что с утверждением влияния России в Кабарде земли кабардинских князей в районах предгорной равнины станут казенными, и Россия, приняв их под свое, покровительство, предоставит им возможность пользоваться этими землями. Кроме того, осетины были заинтересованы в развитии торговли с русскими, в частности, с казаками и русскими купцами в Кизляре и в других пограничных пунктах,
Осетины надеялись Читать далее »
Но стихи были различны, как небо и земля» (подчеркнуто нами. — Н. Дж.). В предисловии к первому академическому изданию собрания сочинений Хетагурова Татари Епхиев повторяет эту мысль довольно приглушенно: «…Коста не избежал и некоторого влияния безрадостной, полной скорби и отчаяния поэзии Надсона с ее «жертвенниками», «аккордами», «бокалами» и т. д. отголоски которой сказываются в ряде
Но стихи были различны Читать далее »
«Друзья» ожидали, что Коста после долгих мытарств, на 42 году жизни, наконец, потянется к мирному очагу, а он заявляет в стихотворении «Я смерти не боюсь…», что готов свою личную свободу, свою жизнь до последней «капли крови» Отдать за шаг один, который бы народу Я мог когда-нибудь к свободе проложить. «Друзья» надеялись, что Коста, знавший в
«Друзья» ожидали Читать далее »
В этом акте мщения за жертвы преступной воли небес проявляется глубокий гуманизм народа. А в создании волнующей легенды-песни о «материнских слезах», которыми заплакала скала после сожжения матери и ребенка, он увековечен в горестном поэтическом памятнике. В поэме «Плачущая скала» Коста Хетагуров на материале истории раскрывает противоположность интересов народа и «почетных стариков» — патриархально-феодальной знати; показывает
Это был период, когда народничество, как политическое мировоззрение, исчерпало свои возможности, свою прогрессивность, когда стало очевидным, что старым путем уже нельзя идти, а новый путь политической борьбы еще не был найден, когда коренные вопросы жизни и борьбы нужно было решать заново. Именно поэтому так остро встали перед самим автором поэмы вопросы о целях и назначении
Но никогда голос Коста не звучал с такой силой ярости и революционой страсти, как после его возвращения на родину. Коста был вдали от Осетии почти 1O лет — с 1891 по 1900 г., и это должно было несколько отразиться на его тактической линии борьбы, на его оценке оппозиционности осетинской буржуазно-либеральной интеллигенции. Но когда он вернулся
