Разрешение получит только лишь один велосипед

Сто двадцать четвертая часть

Короче говоря, голова торчит над нею, как из очка при удобствах во дворе, а телеса парятся. Натирались они и пихтовым маслом с солью для лучшего потения, запивали медовым и березовым кваском, пыхтели, отдувались и потели на волчьих шкурах в горенке. Потом по очереди лежали на столе, и весьма смазливая молодая особа по имени Эдда делала […]

Сто двадцать четвертая часть Читать далее »

Сто двадцать третья часть

На площади окончательно взбесились трубы, исполняя попурри Кристины Элитовны на темы революционных песен, и Декрет Висусальевич покинул площадь, поскольку был уверен, что здесь все будет в полном ажуре. Начальник штаба, он же продюсер, как его именовала Кристина Элитовна, обряженный по случаю праздника в китель и брюки армейского образца, строевым шагом пошел ему навстречу и доложил,

Сто двадцать третья часть Читать далее »

Сто двадцать вторая часть

Вшивота всякая — должна бояться, тут я не спорю. Не уверен я, что капитан Сучкарев разделяет мои опасения. Он привык к страху с почтительностью и без нее, потому что всех людей в уезде сделали ворами, повязали так, что в любой момент капитан может применить санкции. Ромка твой ничего не крал, чувствуется, вел себя независимо, как

Сто двадцать вторая часть Читать далее »

Сто двадцать первая часть

Поддержала его рыданиями и Лида, обхватила руками братьев и запричитала:    — Ой, Васенька, горе у нас, Ромочку посадить вздумали. Ни за что вздумали…    На шум прибыл Туда-и-Обратно, смирнехонько уселся на скамейку, поставил палку между валенками и ждал дальнейших событий. Невесть откуда взялась и недавняя знакомая Мокрина Ивановна Тарасенко. Узнав Василия Филимоновича, всплеснула руками

Сто двадцать первая часть Читать далее »

Сто двадцатая часть

Да разве такое напишешь? Завтра суд, а сейчас уже четыре часа, конец рабочего дня — до центральной усадьбы, что в Больших Синяках, десять километров. Какой позор был бы, подкати он сюда на черной машине в сопровождении гаишной мигалки! Может, кто из знакомых видел — вот стыдоба-то…    Постой, да ведь у Ромки мотоцикл! Василий Филимонович

Сто двадцатая часть Читать далее »

Сто девятнадцатая часть

Родительскую избу Иван Филимонович подновил — поменял три нижних венца, укрепил фундамент, полы перестлал и сказал: на мой век хватит. Дочь давно замужем за военным, где-то на Дальнем Востоке, а сын Ромка в культпросветучилище пошел — зачем культурному изба, разве культурные в избах живут? У них отхожее место в квартирах, с удобствами.    Дверь оказалась

Сто девятнадцатая часть Читать далее »

Сто восемнадцатая часть

И постановил: романы без любви,  если это только не сексраны, художественной литературой не считать, а полагать диссертациями. Вместо гонорара авторам таких произведений присваивать какую-нибудь степень, в зависимости от темы: если произведение о деревне — то степень кандидата сельскохозяйственных наук, про детей  — педагогических, о Стеньке Разине — исторических, а ежели непонятно про что — то

Сто восемнадцатая часть Читать далее »

Сто семнадцатая часть

Не говоря уж о карбонаде и буженине, которые молодые шарашенцы в первом случае путают с карбамидом или карбидом, а в другом — принимают это слово за обидное прозвище жителей с берегов Буга…    А вот автор анонимки уважил… Сразу видно, что не пэр по пропаганде писал. Но кто? Неужели Ширепшенкин?.. Декрет Висусальевич кинул косяка в

Сто семнадцатая часть Читать далее »

Сто шестнадцатая часть

— На сто пятнадцать голов меньше пало, Декрет Висусальевич! Мы как раз две фермы совсем закрыли и показатели улучшили!    — А почему здесь стоит «+ 115»?    — Декрет Висусальевич, так вы же сами велели: в сводке все должно быть с плюсом!    Воистину жизнь парадоксальна, особенно на нашей стороне планеты: извел ведь стервец

Сто шестнадцатая часть Читать далее »

Сто пятнадцатая часть

Одной рукой сжимала, боясь помять, свернутый в трубочку лист бумаги с текстом одобрения-заверения, переписанный старательным почерком вечной отличницы, другой же она все время поправляла челку, нахально сползавшую на глаза, а щеки ее пылали от осознания огромной ответственности, возложенной на нее. Быть может, ее вовсе не звали Люсей, потому что мероприятия в Шарашенске подразделялись на множество

Сто пятнадцатая часть Читать далее »

Прокрутить вверх