- Так, товарищи командиры, имейте в виду, что и с вас, в случае чего, будет, извольте-ка знать, особый спрос!..
Наконец наступил момент менять тему:
- Так, старшина!
- Ийя!
- На третьей позиции почему «предатели» не докрашены?
- Дык ить краска ещё позавчера закончилась, я ж докладывал, товарищ капитан!
- Ну что, мне теперь за вас ваши проблемы решать? Проявите смекалку, в конце концов, максимум ко вторнику, нет, к понедельнику, чтоб покраску закончили!
- Слушаюсь, товарищ капитан!
- Все! Я все сказал! Товарищ лейтенант, у вас есть что?
- Так, товарищи командиры, имейте в виду, что и с вас, в случае чего, будет, извольте-ка знать, особый спрос!..
Наконец наступил момент менять тему:
- Так, старшина!
- Ийя!
- На третьей позиции почему «предатели» не докрашены?
- Дык ить краска ещё позавчера закончилась, я ж докладывал, товарищ капитан!
- Ну что, мне теперь за вас ваши проблемы решать? Проявите смекалку, в конце концов, максимум ко вторнику, нет, к понедельнику, чтоб покраску закончили!
- Слушаюсь, товарищ капитан!
- Все! Я все сказал! Товарищ лейтенант, у вас есть что? - Особист отрицательно мотает головным убором, всем своим видом показывая, что присутствует на построении чисто в целях занять своё свободное время. - Так, товарищи командиры, развести личный состав согласно плану, - И размыто заканчивает, - Остальное - в рабочем порядке.
Единственное, чем хорош наряд по кухне, так это вполне сносное и сытное питание. Пока солдат находится при полевой кухне, повара к нему относятся как к своему. Стоит только сроку наряда закончиться, считай, что кулинары тебя не знали и знать не желают.
Работы при кухне – непочатый край. Воды натаскать. Если рядом воды нет - проявить смекалку и всё равно натаскать. Заготовить сносное количество дров, по крайней мере, чтобы хватило поварам на сутки, а там посмотрим. Если дров рядом нет, необходимо опять же проявить смекалку, но чтоб дрова были.
С дровами Руденко повезло, даже, можно сказать, через край. В родном артбате пустых снарядных ящиков хоть пруд пруди. Из крышек от больших ящиков ладили полы и стенки в ротных палатках и очень даже одомашненные нары.
Кроме того, нужно начистить огромное количество картошки. К четырем часам утра необходимо начинать топку котлов полевой кухни, довести в них воду до кипения, разбудить поваров к пяти. Развести на батальонной кляче, с подпольной кличкой Ева Браун, огромные термосы с готовой пищей по подразделениям. Помыть всю посуду и котлы. И так три раза в день. На перерыве можно перекурить самокруточку и повнимательнее рассмотреть этот самый плакат на фанерке, прибитый к дереву возле котлов полевой кухни. На нём изображён мужественный солдат с патриотическим блеском в глазах, по всему видать ни разу в жизни не произнесшего ни единого матерного слова. С помощью индивидуальной сапёрной лопатки он явно рыл кому-то яму.
«Да-а, в начале войны пришлось лопаточкой-то повозиться», - Размышляет солдат, - «А сейчас прём, даже не пригибаясь… А может это сапёр орудует?.. Замполит говорит – скоро войне конец… Как там, дома то?.. Надо б письмишко написать…». Жарко. Вспомнилось зимнее белое солнце родины.
Спать бедному Руденко приходилось здесь же, рядом с котлами, на родных пустых ящиках, вздрагивая и просыпаясь от малейшего шума. Потому-как, несмотря на наличие постового, бдительно охранявшего территорию полевой кухни, как от внутреннего, так и внешнего врага, весь солдатский люд крайне изощрённо проявлял смекалку при добыче воды и дров. Та же разведрота, к примеру, даже сами и не таскали, давали часовому пару банок консервов, так он и натаскает под сенью ночи чего, как говорится, душе угодно.